Восхождение длиною в жизнь

231Воспоминания о моём отце – Боривое  Рудольфовиче Маречеке – дважды мастере спорта по альпинизму и горному туризму, участнику Великой Отечественной Войны, отмеченному высшей боевой наградой Чехословацкой Армии, в составе которой он встретил День Победы в освобождённой Праге.
Каждый человек решает сам, как ему прожить свою жизнь – вариантов великое множество: можно ждать манны небесной, уповая на тех, кто рядом; можно пустить всё на самотёк – куда вывезет; можно мечтать о путешествиях в чудесные края; можно делать открытия и изучать науки; можно добиваться известности,… власти,… денег… Он избрал горы, он избрал Восхождение!…  Восхождение — длинною во всю свою жизнь!

Да, масштаб ему был задан изначально: и временем, и отцом – чешским политэмигрантом, который к своим 30 годам уже побывал в самом центре революционных событий ;организовывал коммуны-колхозы на берегах Иссык-Куля, нёс через снежные горные перевалы в Китай амнистию киргизскому народу, а потом выводил обозы с людьми в долины родного им края. За что едва не поплатился жизнью и свободой, отсидев в китайском зиндане тяжёлые дни ожидания своей участи. Отцом, умудрившимся привезти из далёкой родины составы с промышленными рабочими, станками и оборудованием, что заложило основу будущей промышленности нашей молодой республики.
А Время было устремлённым в Будущее…, Вперёд…, к Небу.., к неизведанным вершинам!!!… И он, молодой чех  — Боривой  Маречек, привезённый своими родителями ещё грудничком к подножию гор Тянь-Шаня, принял зов Времени почти буквально – за его спиной  выросли крылья самолёта По-2, он быстро стал инструктором по лётному делу местного аэроклуба, а голову украсил лётный шлем – предмет зависти тогдашних мальчишек, да и многих ровесников. Именно в этом клубе он и встретил того, кто станет  проводником в мир, где его душа раз и навсегда найдёт свой Путь – это был его ровесник, и тоже чех!!!, — молодой альпинист Володя Рацек. Это был 1935 год, он заканчивал школу, мечтал о поступлении в Московский Авиационный Институт. Но дорогу в него закрыл застенок КГБ, куда его   бросили как «английского шпиона», сняв прямо с поезда. Но по счастью, в мире было ещё так много безымянных вершин, ждущих своего первопроходца, что Судьба позаботилась и сохранила ему жизнь, даровав свободу. С тех пор,  Мир Гор – сияющий Вершинами и ледниками, стал местом, куда он нёс все свои мечты, где он строил свои планы и растил надежды. Сюда он и привёл ту единственную, которая безоглядно пойдёт за ним по горным тропам, через бурные реки, грохочущие лавины и отвесные скалы, через все 62 года совместной жизни – чернокосую и стройную казачку Анастасию Бондаренко.
С этого момента рассказывать о моих родителях в отдельности – почти невозможно. Трудно представить пару, у которой всё было бы настолько общим, как это было у них. Это было одно существо о двух головах – светловолосой и черногривой, с двумя парами глаз – громадно-прозрачными, в которых вмещался весь мир, и ласково-карими с цыганистой хитринкой… Но вот все 4 ноги дружно шли в одну сторону… А ещё были две спины с тяжёлыми абалаковскими рюкзаками…  Таким существам мало быть самим счастливыми, им обязательно надо делиться со всем миром счастьем жить. Потому и вели они в горы всех, кому превзойти себя самого, было значительно важнее домашнего комфорта. Вскоре, длинные вереницы людей с рюкзаками потянулись из города в горные  ущелья. Поразительная вещь, но до сих пор не пойму, как они умудрялись, пройдя пешком всё расстояние от города до ущелья в субботу, провести пол ночи у костра с песнями, на рассвете отправиться на восхождение, сделать его успешно, а после всего  отправиться в обратную сторону, чтобы утром в понедельник оказаться на работе!?
Война врезалась в их жизнь, в жизнь всей страны, ломая и круша миллионы жизней, планов и надежд на будущее.  Она потребовала от всех людей колоссального напряжения и самоотдачи.. Боривой со своими братьями  сразу же пришёл на призывной пункт, но все они были студентами- старшекурсниками, поэтому им было отказано в призыве – страна нуждалась не только в защитниках, но и в грамотных специалистах, которые должны будут восстанавливать её после войны.  И очень скоро  их альпинистские навыки были затребованы военкоматом – война подобралась к кавказским горам и для ведения боёв против фашистской дивизии «Эдельвейс» нужно было срочно готовить части горных стрелков. И это было поручено группе альпинистов, которую возглавил Боривой Маречек. Инструкторами были и его братВладивой, и жена Анастасия Бондаренко. Они ездили по всей горной территории Киргизии и обучали призывников навыкам скалолазания и технике передвижения по льду и снегу в горных условиях. Их помощь была чрезвычайно важна в военное время, но отец не переставал рваться на фронт сам и ему удалось уйти на фронт добровольцем в составе отдельного корпуса связи  генерала Свободы, который был набран из чехов и словаков, граждан СССР. Он шёл с боями по разрушенным городам и сёлам Европы, неся в душе веру в Победу над врагом и любовь к своим горам, в которые он мечтал вернуться живым. А его любимая продолжила подготовку горных стрелков почти до конца войны.За полтора года работы они совместно подготовили более 6000 горных стрелков.
День Победы он встретил в Праге, на родине своих предков, где ему, уже надпоручику Чехословацкой Армии, было предложено остаться навсегда. Но сердце его рвалось к любимой жене, к маленькой дочке, которую он мечтал увидеть, к горам Тянь-Шаня, по которым он, сидя в окопах между боями, мечтал пройти траверсом.
В нашей семье до сих пор хранятся треугольники фронтовой переписки родителей, наполненные любовью и верой в счастливую встречу. Какую любовь к близким людям, к родному краю, к жизни вообще надо было нести в своей молодой душе, чтобы, живя в аду войны, среди боли, горя и разрушений, помнить краски голубого Иссык-Куля на закате, запах горных цветов и счастье восхождения на новую вершину?!
И этот счастливейший день в жизни моих родителей наступил! Отец вернулся в маленький городок на берегу Иссык-Куля в сентябре 1945 года, где его ждала любимая жена и крошечная дочь с громадными глазами. Моя сестра родилась в тот день, когда он чудом остался жив среди развалин старого польского замка. Будто Крыло Ангела распростёрлось над ним в те минуты.  И только спустя время, когда он узнал о дне рождения своей дочери, он понял, кто даровал ему жизнь!  А вокруг ликовала Жизнь, Свет и Любовь!!! Это была Победа над злом, над жестокостью, над слабостью!! Это было небывалое Восхождение всей страны, всего народа и каждого из тех, кто вернулся живым. На его френче, среди военных наград, сияла высшая награда Чехословацкой Армии – литой тяжёлый крест с гербом страны и со скрещёнными мечами. Много позже, этот крест безжалостно сорвёт со старенького папиного пиджака мерзавец, часто бывавший у него в гостях. Награда, уникальная для коллекционеров в нашем азиатском регионе, так и не нашлась… Но вернёмся в тот далёкий и счастливый 1945 год…
Теперь ему никто не помешает выполнить свою мечту – пройти под рюкзаком и с теодолитом в руках траверсом все хребты Киргизии, составляя их подробные карто-схемы. Ещё в довоенные годы, когда отец только начинал заниматься альпинизмом, он столкнулся с тем, что практически не существовало карт и описаний горных хребтов , вершин и перевалов. А материалы, которые предоставляли военные топографы, требовали доработки и уточнений. Но перспективы развития  массового альпинизма и горного туризма в Киргизии требовали очень активной работы по подробному составлению карто-схем и описаний маршрутов. Его не смущал колоссальный объём работ, требующий больших временных вложений по меньшей мере. А о материальных вложениях, тем более – об оплате, в то время вообще никто не помышлял, а уж мои родители – тем более! Было дело и его надо было делать, не считаясь с «трудностями», а уж если это «надо» совпадало ещё и с собственным увлечением… У них с мамой – совпадало, на все 100%…
Активные восхождения начались практически с момента возвращения с фронта, а с переездом во Фрунзе стали носить планомерный характер. В описании горных маршрутов принимали участие все альпинисты-инструктора, руководители групп. Сам Боривой Маречек  неизменно носил в своём рюкзаке маркшейдерский теодолит, делая засечки, высчитывая высоты перевалов и вершин. Десятки толстых тетрадей с его кроками и зарисовками служили ему основой для составления схем. Этой работой он неизменно занимался в осенне-зимний период, поэтому мы с сестрой были свидетелями именно этой части его колоссальной работы. Если масштаб карто-схемы позволял, то он чертил их, раскатывая рулоны кальки или миллиметровки на раздвижном столе. Но когда этого требовал очередной этап работы, он раскатывал эти бумажные простыни по всему нашему чудесному полу, который всегда до блеска натирался мастикой. Тогда мы часами могли наблюдать, как он ползал на коленках и не разгибая согбенной спины, чертил пером «скелет» или «пионер» бесконечные чёрные отроги. Его карты всегда отличали особая графика, легко узнаваемая нами, и такой же неповторимый шрифт надписей. Надо сказать, что наши родители, оба были хорошими рисовальщиками, а мама брала с собой в горы и акварельные краски, часто делая этюды на привалах или стоянках. Война прервала её обучение в художественном училище, куда она с лёгкостью поступила после окончания школы.
Уже к 1950 году стало понятно, что для успешного развития альпинизма в республике требуется  открытие альпинистского лагеря, который мог бы за лето принять  большое количество участников.  И наши родители приняли очень активное участие , если не сказать – руководство, по организации и непосредственному созданию этого лагеря в красивейшем ущелье Ала-Арча. Отец стал первым начальником учебной части, а мама возглавила спасательную службу лагеря, будучи в то время уже мастером спорта по альпинизму. С тех пор вся жизнь альпинистского лагеря проходила на наших с сестрой глазах, оставляя в наших детских воспоминаниях сказочную красоту горного ущелья, поросшего арчовым  и еловым лесом, шумную и весёлую альпинистскую братию, песни возле громадных костров, массу всяческой живности, большой и мелкой, которая соседствовала с нашим шумным лагерем. Иногда мы слышали фырканье и рык диких кабанов, реже – волчий вой с окрестных склонов.  С наступлением холодов эта шумная и поющая компания перебиралась в наш, только что выстроенный, дом под громадной грушей, а двор заполнялся всяческим снаряжением – рюкзаками, палатками, бухтами репшнуров, кошками и ледорубами…
Альпинистская жизнь моих родителей сложилась нелегко… Люди такого масштаба часто являются мощным раздражителем для тех, кто борется «за свой кусочек пирога», за своё «законное место под солнцем».  Моим родителям пришлось пережить и предательство, и незаслуженную дисквалификацию, когда их «раздели» до «новичка». Им пришлось дваждывыполнять мастеров спорта по альпинизму, потом и по горному туризму, а когда, наконец-то, их восстановили с извинениями, время уже ушло… Но в послужном списке моего отца навсегда останутся более 500 восхождений всех категорий сложности. Он был человеком феноменальных знаний и отличной памяти, его отличало неизменно доброе и уважительное отношение к людям, что делало его мощным магнитом, вокруг которого всю жизнь вращалось громадное число интересных людей. Родительский дом до самого конца их жизни был полон теми, кто помнил их, кто нуждался в их консультациях и советах. Отец создал за свою жизнь подробные орографические карто-схемы всех хребтов Киргизии, в объёме докторской диссертации написал работу и составил карту оледенения Киргизии, написал массу путеводителей по Киргизии, при его активном руководстве в республике было развито спортивное ориентирование, осуществлялось руководство по развитию туризма в Киргизии, были организованы туристские лагеря и базы. Больше 20 лет он преподавал туризм в КГУ. И только очень близкий круг друзей знал и ещё одну сторону этого деятельного человека – стены уютного дома родителей были украшены великолепными картинами – они оба вышивали пейзажи и  горные вершины!  Много лет в свободное время отец  вышивал очень большую картину с горами и лесом, с рекой на первом  плане, много раз перепарывая и меняя рисунок камней на отмели реки. Когда работа близилась к самому завершению, отец с радостью  расстилал её на постели, демонстрируя друзьям.  Увы, никто из нас не заметил, когда и с кем эта тонкая вышивка исчезла из дома. Радует только одно, что он об этом так и не узнал. Он так щедро, так сердечно делился с миром всем, чем был богат, что эта пропажа была уже сверх всякой меры…
Есть и ещё одна вершина в его жизни, которая открылась перед ним уже на 7ом десятке лет. И он, человек с высшим математическим образованием, убеждённый материалист и атеист, на исходе жизни был поставлен перед необходимостью сильно пересмотреть своё миропонимание – и он пошёл на это, он разрешил себе принять очень многое из того, на что не могут расхрабриться традиционные учёные!!! Он несколько лет наблюдал, как близкий ему человек обнаружил у себя способность не только поглощать энергию окружающей среды, как это делаем все мы, но и отдавать её сознательнои целенаправленно. Мозг не соглашался, но практика демонстрировала удивительные возможности.. И мой отец, всю жизнь бравший вершину за вершиной, сделал ещё шаг вперёд, потом ещё.. В конце — концов, уже в 74 года, он возглавил Ассоциацию Практической парапсихологии Киргизии, был представителем республики на Первом съезде парапсихологовСССР. Читал свои великолепные лекции, обучал людей, проводил практические занятия. Но самое главное – он и сам обнаружил в себе способность концентрировать в себе поток энергии и воздействовать на людей, помогая им в тяжелом состоянии. Его организм, хорошо сгармонизированный природой, горами, постоянная направленность на людей и щедрость натуры, всегда готовой поделиться и помочь – вот набор качеств, позволяющий людям лечить других с лёгкостью. И он восхитился этой новой своей возможностью и стал лечить всякий раз, когда его просили. И никогда, категорически, ничего за это не брал, а тем более денег. Он считал для себя наградой это своё новое качество, открытое в себе на исходе жизни. За ним могли приехать в любое время суток, он брался почти за всё, пытаясь помочь даже тяжело больным.   Существует всего одна фотография, свидетельствующая об этой стороне его жизни, на ней он заснят с рамкой в руках.
Завтра – 8 мая 2013 года исполнится 12 лет, как его не стало. Он не дожил до своего любимого Праздника Дня Победы всего половину суток, навсегда завязав для нас эти два дня в единое целое! Через год, 82х летняя Анастасия провожала группу альпинистов на вершину с его портретом, названную в честь человека, любовь которого к Горам, привела в этот чудесный горный мир сотни людей, создала основу для развития альпинизма в Киргизии. Тогда, в 2002 году двуглавая вершина высотой 4200метров была названа именем Боривоя Маречека. Но с 2005 года у этой вершины появилось и ещё одно имя – Анастасии Бондаренко. Наверное, на роду им было написано стоять над городом двуглавой горой, как и жили они единым существом с двумя прекрасными человеческими душами. Горы помнят их!

Эльвира  Маречек.

Восхождение длиною в жизнь: 1 комментарий

  1. Для Эльвиры Маречек

    Здравствуйте Эльвира!
    Мое имя Валерий. Проживаю в г. Минске, Беларусь.
    Интересует изучение языка IDO.
    Адрес моей почты:
    valerystrogov@gmail.com

    С уважением, Валерий.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *