Безумства на Кургак-торе и его окрестностях

                                   Безумства на Кургак-торе и его окрестностях

                                             Продолжение Оруу-сайской опупеи.

                       Начался этап освоения «белых пятен» урочища Чункурчак.  Задумка такая: Прорубить полку для прохода Пепика ( трелёвочный трактор со сваркой, краном и прочей фигнёй) по склонам ущелья, до языка ледника вершины Кургак-тор. Если смотреть из города в сторону гор, то в массиве между ущельями Ала-арча и Аламедин, самая левая вершина и есть Кургак-тор. Посоветовали эту гору и ледник альпинисты з-да им. Ленина, Борисов, Посайдин и др. потому, что они как то на неё ходили и ледник, по их мнению, для наших целей подходил. Экспедиция тронулась в середине августа в составе: Ю.Шевяхов – за рычагами бульдозера, В. Шавырко в кабине рядом на шмотках и в окружении шмоток, а на крыше кабины, В. Трелевский в качестве командующего и марсового. Кучка альпинистов шла пешком, провожая на подвиг до базового лагеря.

                                         Начало нашей дороги должно было  стартовать от биостанции Академии наук, выше посёлка Чункурчак, километра два левее реки. На пологой полочке перед посадками сосны была огорожена территория для опытов этой самой биостанции и стояли три вагончика. Дальше не было ни колеи, одна скототропа на альпийские луга.                      Доехали нормально. Поставили палатки, прошли вперёд, наметив приблизительный путь и стали ждать профессионального бульдозериста из УСМ-1, который и стал бы делать дорогу. По плану Вольдемар и Володя должны были остаться для обеспечения тылов, а я и прочие альпинисты убежать обратно на базу. Прозорливый Вольдемар отправил всех, кроме меня и остался сам, как выяснилось позже, совершенно правильно, ибо бульдозериста мы так и не увидели. Наутро Палыч стал пинать меня к бульдозеру на предмет начала зачем приехали. Я пытался отлынивать, под предлогом неимения опыта бульдозериста, тем более горного, поскольку экскаваторщик совсем другая специальность, но Вольдемар резонно возразил, что он тоже, вообще то, мастер-оружейник и ещё дальше от всяких там гор, чем и поставил точку в споре.

                        Полдня понадобилось мне для освоения управления лебёдкой (лапата на тросах подвешена, а не на гидроцилиндре) и определения габаритов машины с места водителя – всё ж склон, можно и улететь с непривычки. За день прошли немного – метров триста, но для начала и для освоения достаточно. На второй день прошли полку до ручья (+400м.), перенесли лагерь, пришёл Володя Шавырко и стали писать вечером пулю (преферанс, стало быть). Утром, сделав съезд в ручей и почти переехав на ту сторону, бульдозер разулся, прямо в воде ручья. Лопнул натяжной винт гусеницы и без сварки бульдозер можно здесь и похоронить. Ха! Из худших выбирались передряг и Вольдемар убежал за Пепиком, а мы стали домкратить бульдозер, чтоб к его приезду уже расцепить гусеницу, выправить по ребордам и снять поломанный винт. Весь день провозились, приняли гостей (друзья Валера Колманович и Сергей Золотухин на Яве привезли провиант и привет от Вальдемара типа «скоро буду»). Ребята уехали, Вальдемар приехал, починились и вылезли из ручья уже в темноте. На той стороне шикарная широкая мульда с травой и посреди стояла юрта чабана. Стали бить полку слева-направо вдоль склона и упёрлись в булыжник, величиной с бульдозер. Выяснилось, что и выше него грунт хуже, и ниже тоже, а вот если его спихнуть, то само то. Спихнуть то можно, но вот юрту он точно раздавит. А может не попадёт. А может попадёт, но там всё равно никого сейчас, а потом починим. Пепика оставили возле юрты, носом вниз по склону и, почему то, не заглушили.

Я стал пихать камень (лопатой бульдозера, конечно), а Вальдемар с Володей сверху типа корректировать. Камень покатился прямиком на юрту, все затаили дыхание, а он так медленно-медленно кувырк, кувырк и на последних метрах, чуть-чуть изменил направление и въехал в корму Пепика. Пепик крякнул, из трубы вскинулся клок дыма и всё стихло. Все выдохнули.

                             За четыре дня выползли к началу каменной морены на последнем издыхании муфты сцепления. Тропа была пробита, Пепик свободно может подняться сюда, а дальше нужен экскаватор, самосвал для отсыпки грунта на камни. Я сказал, что муфты, скорее всего не хватит и до базы доехать и решено было рвать когти поутру. Ночью посыпало крупой и мы по снегу стали ретироваться. Снег забил гусеницы (там одни пеньки остались от грунтозацепов) и ехали как на коньках, тормозя лопатой бульдозера. Завели Пепика, попили чаю с чабанами и рванули вниз, правда недолго – метров за 700 до села муфта всё ж полетела, но тут уже и не страшно, всё ж на дороге. На следующий день на бульдозере дорожников сгоняли за своим, прицепили его на цепь задом-на -перёд и притащили буксиром на базу. Эпопея закончилась! Одна из многих, никогда не пригодившихся потом.

                            Я по весне  ушёл лыжным мастером и устроителем тренировочной базы горнолыжной школы (Юра Самарский соблазнил. Был в то время Главным тренером школы). А на Оруу-сае началась очередная эпопея с освоением ледника Большая Ала-арча. Останков с Роговским где то надыбали сендвичпанели для дома, подключился, наконец, стараниями Галины Тимофеевны Александровой, спорткомитет. Замаячила перспектива проведения летних тренировок сборной Союза – планов было громадьё и некоторые сбывались. Сборная Союза на леднике таки каталась, детвора из ДЮСШ сборы проводила – жизнь кипела.

                             Но! Однажды всё хорошее остановилось и покатилось назад под дребезг всего плохого. На базу пришли другие люди и, вроде не враги, вроде друзья, но сумели развалить всё довольно быстро. Всегда в дружном коллективе, рано, или поздно появляется кто то, кому положение вещей не нравится категорически и, по его мнению нуждается в срочной корректировке. Так и случилось со славной и дружной командой Оруу-сая. Захотелось перемен, ну и остальных  атрибутов революционной бузы – «Вольдемар плохой директор, народ требует переизбрания (началась эпоха «мутных восьмидесятых»), надо делать не так», ну и всё такое. Выгнали Трелевского. Освистали и осмеяли вдохновителя и застрельщика. Плохого ли, хорошего, но созидателя. СОЗИДАТЕЛЯ!  Все революции к хорошему не приводят, ибо несут энергию разрушения  -«Весь мир мы быстренько разрушим до основанья, а затем…» Вот с этим «затем» и есть всякая дрянь, ибо оно никогда не наступает и ни к чему хорошему не приводит. Наше поколение помнит все революции и чем они кончаются. Вместо Трелевского появился другой директор и совсем не тот, кого хотели на «трон», который быстренько разогнал революционеров, ибо был не дурак и знал, что его постигнет. Потом пришёл ещё кто то, потом базу кто то выкупил за гроши и началась купля-перепродажа, которой конца не предвидится.

                           К чему пришла история с Оруу-саем? Не знаю и уже не хочу знать. Наша эпоха ушла и история наша закончилась.

А вот помнить надо! Для этого пишу эти строки, стараюсь правдиво, может и сумбурно, изложить свои впечатления, воспоминания, радости и огорчения и огромное разочарование от глупых и неразумных действий, казалось бы друзей, но вот…

P.S.: В 2010 году Оруу-сай отмечал 40 лет со дня начала строительства. Никого из наших не пригласили. Даже Трелевского не было, а теперь уже никогда и не будет. Да и остальных никого не будет – кто умер, кто уехал, а кто и побрезгует компанией.

                               Хотел ведь закончить на оптимистической ноте, чтоб уж не так, по-стариковски…

Честно пытался что то положительное вспомнить и ведь вспомнил! Правда не про Оруу-сай, а про друзей с другой базы – коллектив Кашка-суу! Виктор Яковлевич Глущенко и Касиев Геннадий Фаридович  – вот достойный пример руководящего тандема! Наверняка у них были и трения между собой, и недовольные их руководством узурпаторским, НО! Именно узурпаторство и спасло Кашка-суу от рейдерских посягательств, от внутренних непоняток и от всякой, мешающей работе революционной пены.

                               Вот так. Получилось, что получилось, а кому не нравится, пусть пишет свою историю. Нет и не может быть единой ИСТОРИИ, она всегда зависима от «историка», так что желающие – вперёд!

Самые активные энтузиасты:

Трелевский Вольдемар Павлович ( ушёл)

Малухин Валентин                             ( в Канаде)

Самарский Юрий

Самарский Валерий

Герасимов Вячеслав

Враков Алексей

Лось Юрий                                            (ушёл)

Сахипов Миша

Полулях Василий

Кошеляев Владимир                             (ушёл)

Котляревский Николай                          (ушел)

Котляревский Борис

Лисовский Андрей

Лисовская Нина

Петров Пётр

Петрова Лидия

Ашмарин Александр                           (ушёл)

Приживойт Янис                                   (ушёл)

Воронин Сергей                                     ( в Канаде)

Борисов Геннадий

Посайдин Юрий                                    (ушёл)

Шавырко Владимир

Кочетов Владимир

Шамиль (не помню фамилию)

Воробьёв Валерий

Вартанов Владимир                           (ушёл)

Агибалов Алексей

Дармин Николай

Дармина Юлия

Навроцкий Владимир

Шевяхов Юрий.

                                   Этот список самых активных строителей базы на 1974 год. Если кто то вспомнит ещё, кого пока забыл, пожалуйста сообщите любым способом автору и фамилия будет добавлена.

Можно добавить в список и тех, кто после 1974 года влился и работал, но только тех, кто работал не за зарплату, а энтузиастов. Впрочем какая разница – те деньги которые там платили там и оставались. Давайте уж всех до 1980 года. Так будет справедливо.

Автор: Юрий Шевяхов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *